На украине много больных сифилисом

Автор публикации

не в сети 2 часа

Лабуда

Лабуда 2 240
Комментарии: 92Публикации: 3307Регистрация: 28-01-2018

Казалось бы, человечество, напуганное смертоносным СПИДом, станет разборчивее в половых связях и нетерпимым к случайному сексу без презервативов, ан нет.

Инфекционные заболевания, передающиеся половым путем, все стремительнее разрушают романтику любви, ломают семьи, отнимают здоровье и жизнь. По данным Всемирной организации здравоохранения, ежедневно на планете венерическими болезнями заражаются 1,5 млн. человек.

«Королевой» венерических болезней — сифилисом — сегодня больны втрое больше, чем СПИДом, людей. Ежегодно на свет появляется полмиллиона детей с врожденным сифилисом.

Если еще двадцать лет назад считалось, что эта болезнь особых проблем сексуально образованному человечеству доставлять не будет, то сегодня, например, в Великобритании, пишет польская Wprost, только за последние пять лет число зараженных сифилисом выросло на 550%! Польские врачи утверждают, что в Польше ежегодно заражается сифилисом около 10 тысяч человек, и динамика такова, что только в этом году число больных возрастет на 30%. Это же издание сообщило, что в Украине ежегодно подхватывают «французскую инфекцию» 12 тысяч человек.

С вопросом, так ли это, я обратился к заведующему венерологическим отделением Киевского городского кожно-венерологического диспансера, заслуженному врачу Украины Михаилу Хилинскому. Невероятно, но факт: нашим специалистам вообще неведома реальная картина разгула заболеваний, передающихся половым путем.

Ни отчетности, ни ответственности

— К сожалению, мы не обладаем достоверными цифрами ни по СПИДу, ни по сифилису, ни по гонорее, и связано это в первую очередь со своеобразной законодательной базой, существующей в Украине. Так, на сегодняшний день у человека можно взять анализы на ВИЧинфекцию только по его желанию, а такое желание высказывают очень немногие пациенты.

— То есть даже если к вам приходит человек, в крови которого вы находите букет венерических болезней, вы не имеете права проверить его на ВИЧ?

— Нет. Мы не можем проводить анализы и у пациентов, относящихся к так называемой группе риска,— у проституток, наркоманов… Даже у лиц, которые направляются в места лишения свободы, необходимо спрашивать их желания и согласия. В противном случае человек может обратиться в суд, и медработнику будут грозить большие неприятности. Этот аспект хоть и идет в русле соблюдения прав человека, но серьезно связывает руки медикам.

Есть и медицинский аспект: выявить ВИЧ на начальной стадии не так-то просто: инкубационный период — после момента заражения до первой реакции организма, выработки антител, которые можно зафиксировать лабораторными методами, — длится около 3 месяцев.

— А почему не ведется статистика по другим венерическим заболеваниям?

— Ведется, но она не соответствует реальной картине. Такой пример. В советское время соотношение наиболее распространенных, так называемых классических венерических заболеваний было следующим: один случай сифилиса — на три-четыре случая гонореи. Сегодня, согласно официальной статистике, все с точностью до наоборот: на один случай гонореи фиксируется четыре-пять случаев сифилиса. Все это происходит потому, что практически никакой отчетности от частных коммерческих клиник, занимающихся лечением этих болезней, к нам не поступает. Хотя по закону лечебные учреждения независимо от их формы собственности должны сдавать отчетность по выявлению заболеваний.

— Большинство врачей практикуют частным образом?

— В столице на сегодняшний день дерматовенерологическую медицинскую помощь оказывают около 2000 частнопрактикующих врачей и коммерческих медучреждений, тогда как государственных — центральный городской кожвендиспансер и пять межрайонных.

— И вы не можете наказать врачей, работающих в частных кабинетах, за то, что они не представляют вам данных, которые слагают инфекционную ситуацию?

— Мы даже проверять их не имеем права — они работают совершенно бесконтрольно, и их деятельность остается в тени.

— Да как такое может быть? Вы, главное венерологическое учреждение города, не можете проверить, адекватное ли проводится лечение тем или иным венерологом?

— Даже если я приду с предписанием Главного управления здравоохранения г. Киева, в структуре которого находится наш диспансер, они вправе меня на порог не пустить. Их может проверить только орган, который выдал лицензию. Минздрав.

— И Минздрав не проверяет?

— Я о таких проверках не слышал. Зато часто сталкиваюсь с пациентами, которые приходят к нам после «лечения» в частных клиниках. Они такие вещи рассказывают — за голову хватаешься. К сожалению, далеко не все из этих двухсот частных структур, оказывают качественные медицинские услуги. Они не все оснащены необходимыми реактивами, позволяющими диагностировать большинство заболеваний, передающихся половым путем.

Самое неприятное — в том, что инфекции, передающиеся половым путем, часто ходят в симбиозе. Например, при гонорее инкубационный период — с момента заражения до первых клинических проявлений — составляет 3—5 дней, при сифилисе — 21—25 дней. Скажем, у человека появилась «клиника гонореи».

— Грубо говоря — потекло.

— Да, «закапало», начались рези, ему выписали антибиотики, и все якобы хорошо: «не течет, не капает, не болит». Гонорею убрать — никаких проблем не составляет, но где гарантия, что вместе с ней он не подхватил другие инфекции — тот же сифилис? Лечение, которое человек получил для гонореи, достаточно, но, вместе с тем и сифилис может трансформироваться в скрытую форму, человек будет продолжать заражать партнеров, сам о том не подозревая. То же самое касается других инфекций — хламидий, микоплазм, уроплазм, наличие или отсутствие которых следовало бы тоже установить.

— Знаю, что, кроме этих, есть масса других «модных половых инфекций», которые не имеют никаких клинических проявлений. Столько развелось, что начинаешь даже подозревать — не придумали ли их для выкачивания денег?

— Нет, не придумали, но думаю, что существуют подходы, когда врачи попросту наживаются на здоровых людях.

— Сколько берут за лечение венерических заболеваний в частных кабинетах?

— Приходилось слышать о разных суммах — начиная от сотен гривен и заканчивая тысячами долларов.

— А залеченный больной может привлечь к ответственности нечистоплотного специалиста?

— В том и дело, что больные предпочитают, чтобы их данные нигде не фигурировали. И, как правило, никакой документации о том, как и от чего лечили в большинстве частных кабинетов, не ведется. В случае чего нерадивый врач сможет просто сказать, что он первый раз этого человека видит. Вы только не подумайте, что я выступаю против частной медицины, но она должна быть ответственной и соответствовать общим требованиям.

Стоит ли с сифилисом либеральничать?

— 200 частнопрактикующих врачей и коммерческих клиник, специализирующихся на венерологии, — число немалое. Как вы считаете, оно само по себе свидетельствует о росте числа венерических заболеваний в Украине? Ведь налицо повышенный спрос на услуги.

— Мы можем с вами об этом только гадать. Но замечу, что ситуация усугубляется и самими больными, которые готовы бежать со своими проблемами к кому угодно — к знакомым, к знахарям, пытаются заниматься самолечением, сами себе устанавливая диагноз по симптомам, описанным в литературе, в интернете. Затем отправляются в аптеку, где получает «что надо». В то время как ни в одной стране Евросоюза вы не сможете купить антибиотик без рецепта врача, — у нас, пожалуйста, вам еще и подскажут — лучше возьмите вот этот, он сильнее.

Но ведь на каждую из инфекций действует определенная группа антибактериальных препаратов. Принимая не те лекарства, или не в той дозировке, или не в той экспозиции, больной никогда не вылечится. Мало того, у микроорганизмов выработается устойчивость к препаратам, и потом его и тех, кого он заразит, вылечить будет в десятки раз сложнее.

Наши люди обладают своеобразным менталитетом: стесняются, бояться обращаться в вендиспансеры — думают, что их чуть ли не арестуют, сообщат на работу и так далее. Именно для того чтобы избавить людей от этого ничем не оправданного стеснения, при каждом государственном вендиспансере открыты анонимные кабинеты, где от человека не требуют документа, который подтверждает личность. Обследования проводятся те же самые, как если бы он обратился официально и получил лечение бесплатно, но люди предпочитают заплатить за анонимность. Хотя мы предупреждаем, что их данные из стен нашего учреждения никуда больше не уйдут.

— Легко догадаться, откуда взялось это своеобразие менталитета. Во-первых, люди не хотят «засвечиваться», дабы не обрекать на распад семью.

— Я уже 30 лет работаю по этой специальности, и, представьте себе, что семьи из-за этого распадаются очень редко…

— Во-вторых, известно, что в советское время нельзя было даже проверить, какого характера у тебя проблемы — урологического или венерологического: не принимали анализы до тех пор, пока не назовешь фамилию и адрес партнера. Первый вопрос врача — с кем спал, а у молодого человека, может быть, любовь первая.

— Никогда такого не было — всегда существовало понятие врачебной тайны, давались гарантии неразглашения…

— Было. Могу назвать фамилию венеролога.

— Значит, уровень у него такой был — в семье, как водится, не без урода. Да, были определенные формы отчетности, отслеживали, в каких сферах деятельности наблюдаются повышенные инфекционные показатели…

— И статьи за уклонение от лечения были.

— Их уже нет.

— Ваша точка зрения — это правильно, что мы стали такими либеральными по отношению к болезням, которые всегда считались социально опасными?

— Меня, конечно, тревожит то, что угроза для окружающих от зараженного и нежелающего лечиться контингента существенно возросла. К сожалению, на сегодняшний день никаких мер воздействия на таких граждан не существует. Особенно это касается малолеток, ведущих бродяжнический образ жизни.

— И милиция уже не проводит рейды на этот счет?

— И что? Привезли, мы обследовали, взяли анализы, выявили заболевание, оформили в отделение, они на следующий день развернулись и ушли. Держать их под замком мы не вправе.

— И что дальше? Они занимаются самолечением?

— Далеко не всегда. Продолжают заражать друг друга.

— Сколько времени так можно заражать тем же сифилисом? Долго с ним можно прожить?

— Годы — до тяжелых, практически неизлечимых стадий: сифилиса центральной нервной системы, мозга, печени и т. д. И если в 80-е эти случаи в Украине практически не наблюдались, то в последние годы мы регистрируем более 100 тяжелых случаев в год. То же самое касается врожденного сифилиса. 20 лет назад мы о нем, можно сказать, забыли, а в 1995 году только в Киеве было зафиксировано 36 случаев этого заболевания.

— А в прошлом году, в последние годы?

— Фиксируем единичные случаи.

— Такие новорожденные обречены или их можно вылечить?

— В основном у таких детей наблюдаются очень тяжелые повреждения, которые обрекают их на инвалидность.

— Почему вы вспомнили о данных 95 года?

— Тогда наблюдался пик заболеваемости сифилисом. Мы начали наблюдать рост показателей по сифилису с 92 года. Через некоторое время инфекция пошла на спад. По наблюдениям медиков, активность бледной спирохеты — возбудителя сифилиса — повышается циклично: через 13—15 лет. Вероятность заражения, соответственно, тоже повышается. Так что сейчас мы приближаемся к очередному пику.

— Михаил Михайлович, в киевское метро нынче иной раз спускаются такие представители рода человеческого, что люди не рискуют заходить с ними в вагон. Амбре распространяют на всю станцию. Уже по виду понимаешь — каких только в нем инфекций нет. Страшно за поручни браться, дышать, ведь есть и такое понятие, как сифилис, передающийся бытовым путем.

— В данном случае заражение сифилисом исключено. Существует бытовой путь передачи инфекции, но это случается, как правило, в нечистоплотных семьях, при долгом контакте с больным.

Историческая справка «2000»

Впервые эпидемия сифилиса накрыла Европу в XV веке — считается, что из Нового Света болезнь привез экипаж Христофора Колумба. Однако в 1997 году во Франции был найден скелет младенца VII— V веков до н. э. с отчетливыми следами сифилиса. Вот одно из описаний болезни, пришедшее из Средневековья: «Бактерия, попав в Европу, приняла необычайно агрессивную форму: вгрызается в человеческие гениталии, в шероховатые складки кожи, часто в области немытой промежности. Она убивает за пару месяцев и сопровождается ужасными болями».

Любопытно, что сифилисом чаще всего заражались французы, потому она и получила название — «французская болезнь». В XVI веке болезнь приобрела и свое современное название — итальянский врач и поэт Д.Фракасторо в начале XVI написал поэму о пастухе по имени Сифилус, наказанном богами Венерой и Аполлоном за неуважение к ним. В XVIII веке сифилисом болели и крестьяне, и горожане, и короли, и служители церкви.

До конца XVIII века не различали сифилис и гонорею.

В конце XIX века было установлено, что сифилис приводит к заболеваниям мозга, параличу, помешательству. В начале XX века каждый третий пациент психиатрических клиник Европы был заражен «королевой» венерических болезней. Считается, что к концу XIX — началу ХХ века от сифилиса страдало почти 15% населения Европы.

Сифилис довел до сумасшествия писателя Ги де Мопассана и Фридриха Ницше. Болезнь свела в могилу знаменитого гангстера Aль Капоне, которого заразила проститутка, и Франца Шуберта (скончался в 31 год). Датская писательница Kарен Бликсен заразилась от своего мужа барона Брура Бликсена, а тот — от женщины из племени масаев.

Понравился пост? Поделись с друзьями!

Читайте также:

Комментарии

Please Login to comment
Войти с помощью: 
Авторизация
*
*
Войти с помощью: 
Генерация пароля