Танки эпохи «блицкрига» (часть 2)

«Сомнения возникают постоянно. Наперекор всем сомнениям успеха добьется лишь тот, кто способен действовать в любых условиях. Потомки скорее простят ошибочные действия, чем полное бездействие».
(Г. Гудериан. «Танки, вперед!» Перевод с немецкого. М., Воениздат, 1957)

Получается, что в канун начала Второй мировой войны немцы имели полное качественное превосходство в вооружении своих танков над танками вероятных противников и прежде всего СССР, если не учитывать танки Т-34 и КВ, которые, впрочем, еще не были «доведены до ума» и имели множество различных недостатков. Другим важным обстоятельством была 30 мм броня, отсутствовавшая у подавляющего большинства советских машин, и уже отмечавшееся относительно низкие качества снарядов и орудий серийных Т-26 и БТ. Правда, командование РККА в 1938 году попыталось их усовершенствовать и выдало заказ на новую 45-мм танковую пушку с улучшенными баллистическими характеристиками для новых башен танков Т-26 и БТ-7. Бронебойный снаряд нового орудия весом в 1,42 кг должен был иметь скорость 860 м/сек и на расстоянии в 1000 м пробивать 40 мм броню под углом встречи 30 градусов. Однако работы над ней успехом так и не увенчались.


«Матильда». Танк хорошо зарекомендовал себя под Москвой, но… обладал плохой проходимостью по русскому гололеду! (Музей в Латруне)

В Англии разработка эффективного танкового орудия началась в 1935 году, а в 1938 году двухфунтовое скорострельное орудие OQF Mk 9 калибра 40-мм ‘(а точнее 42-мм) было принято на вооружение. Его бронебойный снаряд весом 0,921 кг обладал начальной скоростью 848 м /сек и на расстоянии в 450 м пробивал броневую плиту толщиной 57 мм при ее наклоне в 30 градусов, что было по тому времени отличным показателем. Но… в 1936 году в Англии было произведено всего 42 танка, в 1937 году — 32, а 1938 году — 419, причем большинство с пулеметным вооружением. В США 37-мм танковая пушка, способная на расстоянии в 457 м пробивать броню толщиной в 48 мм, была создана в 1938 г. По бронепробиваемости она превосходила соответствующие чешские и германские орудия, но уступала 40-мм танковой пушке англичан. Однако первые танки, на которые ее можно было поставить, появились за океаном только в 1939 году!

Первый советский танк с противоснарядным бронированием толщиной 60 мм – Т-46-5.

А вот такте монстры с пушками 152,107 и 45-мм, а также огнеметом, по счастью, существовали у нас только в виде деревянных макетов. Танк Т-39 и его варианты.

Все это, впрочем, было слабым утешением для Гейнца Гудериана, который отдавал себе отчет в экономической мощи противников Германии и знал, что даже если в данный момент у США и Англии танков и не хватает, то это не значит, что их будет не хватать всегда, и что возможно их будет много впоследствии. В то же время, хорошо зная экономические возможности самой Германии, он понимал, что много танков в его распоряжении не будет никогда, и постарался как можно лучше натренировать экипажи тех машин, что были у него в наличии. Он лично разработал устав бронетанковых войск, согласно которому танкисты должны были безупречно управлять танком, как днем, так и ночью, метко стрелять, уметь ухаживать за своей машиной и поддерживать ее механизмы в рабочем состоянии собственными силами. В первую очередь подбирались и обучались водители танков. Если после первых же практических занятий инструкторы не замечали у курсантов особого прогресса, то их сразу же переводили в стрелки-радисты или заряжающие. Водителей обучали движению в составе колонн, для чего устраивались многокилометровые походы в течение 2-3 дней по специальным маршрутам.

Все как на войне. Работы над моделью Т-34 велись в холодном сарае!

За точностью соблюдаемого ими курса следили специально прикомандированные навигаторы из кригсмарине, а инструкторы из люфтваффе, не жалея боеприпасов, обучали наводчиков искусству метко стрелять. От заряжающих требовалось умение уложиться в жесткий норматив на заряжение танковой пушки, обеспечивающий высокую скорострельность из танка, а наводчики должны были также быстро и одновременно точно открывать огонь по цели, которую указывал им командир. Свободное от занятий время курсанты посвящали уходу за танком, а также усиленно занимались физической подготовкой, считавшейся для них очень важной, так как по роду своей службы танкистам все время приходилось иметь дело с поднятием тяжестей. Лучших курсантов поощряли, худших также регулярно отсеивали.

«Ходовые испытания»

Советские танкисты позднее вспоминали: «Если немецкий танк по тебе первым выстрелом промахивается, то вторым он уже не промахивался никогда». Два фактора: отличная оптика и хорошая выучка давали немецким танкистам иметь реальные преимущества при ведении огня.

Бундесархив: фотография подбитого Т-34. Лето 1942 года. Дефицит резины привел к появлению вот таких колес. Грохот от таких танков слышался за несколько километров!

Еще одно фото из Бундесархива. Подбитый Т-34 на улице Сталинграда. Хорошо видны места попадания снарядов. Причем попаданий несколько. Зачем это? Неужели одним попаданием танк остановить не удалось? Очевидно так, если их целых пять!

А вот как обстояло в это время дело в РККА, смотрим приказ НКО № 0349 от 10 декабря 1940 г., который в целях сбережения материальной части тяжелых и средних танков (Т-35, КВ, Т-28, Т-34) и «поддержания их в постоянной боевой готовности с максимальным количеством моторесурсов» для обучения личного состава вождению и стрельбе, сколачиванию танковых частей и соединений, разрешал расходовать в год на каждую машину учебно-боевого парка 30 часов, боевого – 15 часов*. Все тактические учения предписывалось проводить на танках Т-27 (двухместных танкетках!); Т-27 исключались из штатов стрелковых войсковых частей и соединений и передавались на комплектование танковых дивизий из расчета 10 танков на каждый батальон. По сути дела, это то же самое, что учиться водить автобус или большегрузный транспортер за рулем малолитражки вроде современной «Оки» или «Матиса».


Т-34-76 производства СТЗ. Остатки эшелона, разбитого немецкой авиацией под Воронежем. 1942 год. (Бундесархив)

К этому стоит добавить и многочисленные технические проблемы советской бронетанковой техники. Так, танки Т-34-76, выпускавшиеся в 1940-1942 гг., при всех своих достоинствах имели и огромное количество самых разных дефектов, справиться с которыми удалось только к 1943-1944 гг. Очень низкой была надежность «сердца танка» – его двигателя. Ресурс в 100 моточасов для дизеля-2 на стенде удалось достичь только в 1943 году, тогда как бензиновые двигатели «Майбах» германского производства легко отрабатывали в танке по 300-400 моточасов.

БА-6 В. Веревочкина даже стреляет!

Проводившие испытания Т-34 осенью 1940 г. офицеры НИБТП (Научно-исследовательский бронетанковый полигон) выявили у него множество конструктивных недостатков. В своем отчете комиссия НИБТП прямо указала: «Танк Т-34 не удовлетворяет современным требованиям к данному классу танков по следующим причинам: огневая мощь танка не могла быть использована полностью вследствие непригодности приборов наблюдения, дефектов установки вооружения и оптики, тесноты боевого отделения и неудобства пользования боеукладкой; при достаточном запасе мощности дизеля максимальные скорости, динамическая характеристика танка подобраны неудачно, что снижает скоростные показатели и проходимость танка; тактическое использование танка в отрыве от ремонтных баз невозможно вследствие ненадёжности основных узлов – главного фрикциона и ходовой части. Заводу было предложено расширить габариты башни и боевого отделения, что дало бы возможность устранить дефекты установки вооружения и оптики; разработать заново укладку боекомплекта; заменить существующие приборы наблюдения новыми, более современными; переработать узлы главного фрикциона, вентилятора, коробку передач и ходовую часть. Увеличить гарантийный срок дизеля В-2 минимум до 250 часов.» Но к началу войны все эти недостатки сохранились практически в полном объеме.

Совсем как настоящий выглядит и БТ-7. Разве что траки гусениц совсем не такие и зацепления траков другое.

Кроме этого нужно отметить, что четырехскоростная коробка передач Т-34 была неудачной по конструкции и легко ломалась при ошибках переключения скоростей неопытным механиком-водителем. Чтобы избежать поломок, требовались навыки, отработанные до автоматизма, что было недостижимо при том объеме часов, которые отводились на вождение приказом НКО. Неудачной была и конструкция фрикционов, которые по этой причине часто выходили из строя. Ненадежны были и топливные насосы. В целом же, танк Т-34 был очень сложен в управлении, требовал высокой натренированности и физической выносливости от механика-водителя. За время длительного марша механик-водитель терял в весе 2-3 кг – настолько это был тяжелый труд. Часто переключать скорости механику-водителю помогал стрелок-радист. Такие сложности с управлением у немецких танков отсутствовали, а при выходе из строя механика-водителя его легко мог заменить почти любой из членов экипажа.

Некоторые машины 30-ых годов выглядели просто фантастично. Например, вот этот чехословацкий БА PA-III (1929 г.)

Проект бронемотоцикла Р. Гороховсного.

«Танк на воздушной подушке». Еще один перл Р. Гороховского.

Приборы наблюдения Т-34 состояли из зеркальных перископов у механика-водителя и в башне танка. Такой перископ представлял собой примитивный короб с установленными под углом зеркалами вверху и внизу, однако эти зеркала были сделаны не из стекла, а… из полированной стали. Неудивительно, что качество изображения у них было отвратительным, особенно по сравнению с германской оптикой фирмы «Карл-Цейс-Йена». Такие же примитивные зеркала были в перископах и на бортах башни, которые были одним из главных средств наблюдения командира танка. Получалось, что вести наблюдение за полем боя и осуществлять целеуказание ему было крайне затруднительно.

Дышать в боевом отделении после выстрела очень затруднительно из-за дыма; экипаж буквально угорал при стрельбе, поскольку вентилятор в танке был очень слабый. Люки же в бою по уставу требовалось закрывать. Многие танкисты их не закрывали, иначе было не уследить за резко меняющейся ситуацией. С этой же целью приходилось время от времени высовывать голову из люка. Механик-водитель также часто оставлял люк приоткрытым на ладонь.

Генрих Гиммлер осматривает Т-34 дивизии СС «Дас Райх» под Харьковом (апрель 1943). (Бундесархив)

Примерно так же, то есть не лучшим образом, обстояло дело и с танками КВ, которые тоже комплектовались некачественными фрикционами и коробками передач. От попадания снаряда у КВ часто заклинивало башню, а Т-34 часто поражались через люк водителя, непонятно зачем размещенный в лобовом листе бронекорпуса. Также непонятно зачем на танках КВ конструкторы поставили изломанный, а не прямой, как на Т-34, передний броневой лист. Он и металла требовал больше, и защищенности машине совсем не прибавлял.

Мало того, что подготовка советских танкистов была на нижайшем уровне, так еще и катастрофически не хватало командных и технических кадров. Данные по некоторым соединениям на июнь 1941 г.: в 35-й ТД 9-го мехкорпуса КОВО вместо 8 командиров танковых батальонов имелось 3 (укомплектованность 37%), командиров рот – 13 вместо 24 (54,2%), командиров взводов – 6 вместо 74 (8%). В 215-й МД 22-го мк КОВО не хватало 5 командиров батальонов, 13 командиров рот, укомплектованность младшим командным составом – 31%, техническим – 27%.

Советские Т-34 на службе в германском Вермахте. На танках заметна командирская башенка от германских танков. Вроде бы хорошая идея, но… башня, как и раньше, оставалась двухместной. Командир танка – он же наводчик, был очень перегружен обслуживанием орудия. И зачем ему еще и башня? Похожие башни ставились на советские Т-34 обр.1943 года с башней «гайкой». Эта башня было просторнее, но все равно – пользоваться ей командир танка не мог. Неужели немцы не поняли, что это напрасный труд, ставить такие башенки на узкую башню «тридцатьчетверки». Ведь третьего танкиста в башню модели 1941 года было «не всунуть» никоим образом!

Танкисты 2-ой танковой дивизии СС «Дас Райх» у своего танка Pz.III под Курском. Много люков это хорошо. Удобно покидать горящий танк! (Бундесархив)

Интересны личные впечатления танкиста Рема Уланова, с которым мне лично довелось познакомиться и общаться в свою бытность редактором журнала «Танкомастер»: «За время службы в армии мне довелось иметь дело со многими танками и САУ. Я был механиком-водителем, командиром машины, зампотехом батареи, роты, батальона, испытателем в Кубинке и на полигоне в Бобочино (Ленинградская область). Каждый танк имеет свой “нрав” по управлению, по преодолению препятствий, специфику выполнения поворотов. По легкости управления я бы поставил на первое место немецкие танки T-III и T-IV… Отмечу, что вождение Pz.IV было неутомительным из-за легкости работы рычагами; удобным оказалось и сиденье со спинкой – в наших танках сиденья механиков-водителей спинок не имели. Раздражали только вой шестерен коробки передачи и исходившее от нее тепло, припекавшее правый бок. 300-сильный двигатель “Майбах” заводился легко и работал безотказно. Pz.IV был трясучим, его подвеска была жестче, чем у Pz.III, но мягче, чем у Т-34. В немецком танке было значительно просторнее, чем в нашей “тридцатьчетверке”. Удачное расположение люков, в том числе и в бортах башни, позволяло экипажу, в случае необходимости, быстро покинуть танк…»

* Сегодня те, кто обучается вождению авто на категорию «B», по утвержденной Министерством программе, должны откатать на учебном авто с инструктором 56 часов на машине с механической трансмиссией или 54 часа с автоматической коробкой передач. Для тех, кто учится на водителя грузовика (категория «С»), программа предусматривает 72 часа для механической и 70 для автоматической трансмиссии. И это для современных людей, живущих в мире техники. Для новобранцев того времени, да еще посаженных в танк, даже и 100 часов было бы явно мало!

В материале использованы цветные рисунки А. Шепса.

Вы можете прочитать другие записи на эту тему:

Please Login to comment
Войти с помощью: