Москва — Сахалин. Перелёт через всю Россию


Как мы знаем из школьного курса географии, Россия — самая обширная страна мира. Иногда добавляют: «а также самая протяжённая». Более того, это по плоской карте кажется, будто самый дальний угол страны — Чукотка. На круглой Земле, однако, путь из Европейской части до Чукотки или Камчатки можно срезать через Арктику, а по-настоящему дальше всех от Москвы, по прямой порядка 7000 километров — Сахалин и Курилы.

Прошлая часть: https://fishki.net/2834987-dalynevostochnaja-kuhnja-i-garazh-chasty-2-drugaja-storona-rossii.html была озаглавлена «Другая сторона России», а сегодня — о долгом перелёте к этой другой стороне, преимущественно над Якутией.

Как ни странно, предстоящий перелёт не был самым долгим в моей жизни: ведь ранее детство я провёл на Камчатке, и так как это было ещё при Советах, на старых добрых отечественных «илах» и «тушках» я налетал тогда не один экватор. Они летели по 9 часов, а мне предстояло всего-то 7. Потом отечественный авиапром приказал долго жить, а самолёт вообще сделался транспортом для богатых, и лишь в 2010-х годах, когда авиабилеты стремительно начали дешеветь, я стал использовать его в своих путешествиях. «Дюралевые баклажаны» (с) periskop, где сидеть теснее, чем в маршрутке, я не люблю, но понимаю, что для российских пространств они должны быть главным транспортом. «Авиапосты» стали своеобразным поджанром моего блога: Алма-Ата — Бишкек — Ош над Тянь-Шанем, Алма-Ата — Москва над солнечным осенним Подмосковьем, Москва — Душанбе над ледяными вершинми, Москва — Архангельск — Нарьян-Мар на архаичном винтовом Ан-24, Москва — Красноярск — Кодинск, частью на «элочке» размером с маршрутку. И так как перелёты редко бывали у меня в середине путешествия, почти всегда такие посты — о тревоге перед большой дорогой или о прощании с полюбившимся краем.

Сначала я летал сплошь через Шереметьево, потому к нему добавилось Домодедово, а оба вылета 2018 года — в Оренбург транзитом к Байконуру и в Южно-Сахалинск, — были из Внуково. Поэтому первые кадры поста — с двух разных поездок, но путь к юго-западному аэропорту столицы заслуживает отдельного рассказа.

Он начинается на Киевском вокзале, который после 2014 года трудно воспринимать иначе как приложение к аэропорту. Под огромным дореволюционным дебаркадерам пассажиров ждёт аэроэкспресс ЭШ2. Аббревиатура значит «Электропоезд Штадлер №2» — это швейцарская машина, по российскому заказу собранная в Белоруссии. В том же 2014 году «Аэроэкспресс» заказал два десятка составов, но не смог их выкупить из-за обвала рубля, и первые ЭШ2 ушли в Азербайджан и Грузию. Лишь в 2017 году следующая партия наконец доехала до первоначального заказчика и теперь такие ходят в Домодедово и Внуково. В Шереметьево же не задалось — оказалось, что двухэтажный поезд не может пройти под автомобильным виадуком Белорусского вокзала. В общем, скажем прямо, у этих красивых машин в России не самая красивая история, да и интерьеры их, спеша на самолёт, я забыл заснять. А вот через окно пару кадров сделал, и тут должен быть какой-нибудь дежурный пассаж о столичной суете и фальши:

Самое интересное — в конце. Народ до сих пор удивляется видеороликам из Волгограда и Кривого Рога, на которых из тоннеля метро вдруг появляется трамвай. А как вам в тоннеле метро двухэтажный поезд!? Аэропорт Внуково встречает подземной станцией, на дилетантский взгляд почти не отличимой от станций Московского метрополитена — лишь в конце тупик вместо тоннеля:

С другой же стороны в тоннеле виден свет — но это нормально, на «Текстильщиках» то же самое:

Платформа «Аэропорт Внуково» действует с 2005 года, и хотя такое сплошь и рядом на Западе (где бывают целые подземные вокзалы), на всю Россию подобных станций всего две (ну, ладно, три, если считать МЦК с «Проспектом Гагарина»). Причём вторая находится в сибирском ЗАТО Железногорск, на горно-химическом комбинате, настолько секретном объекте «Росатома», что даже построен в советское время он был целиком под землёй. И если в сам Красноярск-26 туристы порой попадают, то на комбинате не бывает даже прессы. Секретная станция «Комбинат» открылась в 1958 году, раньше подавляющего большинства метрополитенов:

отсюда, и это не с самой станции кадр, а переснятые фотообои в музее.

С «Аэропорта Внуково» я направился в аэропорт Внуково — эскалатор и лифт ведут в зону досмотра:

Откровенно говоря, не люблю аэропорты, особенно столичные — слишком они огромны, суматошны и бестолковы:

Длинная очередь на регистрацию, сдача рюкзака в негабаритный отдел, выпивание пол-литра «Кока-колы» залпом, ибо жалко выкидывать её в зоне досмотра. Бестолковые прохаживания по зоне вылета с неизменным офигеванием от ценников в кафе, в том числе вполне адекватных в городе. Снова очередь, теперь на посадку, и всюду — тревога перед самым дальним путешествием. В шаттле народ был как народ, с парой корейских и нивхских лиц, но могучие тётушки радостно приветствовали друг друга: «О, мы, сахалинские, своих везде узнаем! Смотри какие тут все суровые!». Шаттл пополз, как водится, куда-то на другой конец аэродрома:

И встал так близко к самолёту, что грандиозная машина попросту не влезла в кадр. Поэтому вот она на другом конце пути. Это «Боинг-777», способный вместить несколько сотен пассажиров и пролететь 14-17 тысяч (а на рекорд — и 21 тысячу) километров без промежуточных посадок. Пожалуй, главный пассажирский самолёт современности:

Широкофюзеляжный салон действительно широк:

А мне сказочно повезло с местом для интровертов — передо мной была лишь стенка бизнес-класса, а на двух соседних креслах пассажиров не нашлось. Из экрана впереди я узнал, сколько нам лететь и на какой высоте над уровнем моря стоит Внуково:

Полёт «встречь Солнцу» сулит короткую ночь, и чем дальше на восток — тем это ночь будет короче. Перед поездкой я как бы беру в займы у природы несколько часов, и так как назад я летел из Иркутска — вернул этот долг я не полностью. На закате мы взлетели над облачной Москвой и взяли курс куда-то на север. Вот под облаками выглянула Волга с изуродованными водохранилищем берегами — где-то в Ярославской области:

Поначалу самолёт летел прямиком в сторону Вайгача, и я было понадеялся увидеть этот остров ещё и сверху. Но над Республикой Коми направление поменялось, а на месте Нарьян-Мара на карте зачем-то высветился Адак — видимо намёк, что в конце пути «встречь Солнцу» ждёт Аляска.

Предзакатные сумерки сменились предрассветными, а над Обью в облаках вновь появились прогалины. В одной из них я увидел яркий факел какого-нибудь нефтегазового месторождения Югории:

Вот под крылом проплыл Енисей, король российских рек. В среднем за год он лишь 6-я по величине река мира, но в июне уступает полноводностью лишь Амазонке, да и в августе это масштаб Янцзы и Конго. Камчатские рейсы пролетают над Енисейским заливом и Диксоном, сахалинский — лишь над низовьями. Где на таёжных берегах живут те самые «счастливые люди» из одноимённого фильма.

Облачный «хребет» отмечает плато Путорана:

И где-то там, скорее на севере, чем на востоке, взошло Солнце. Самая короткая ночь подошла к концу:

Дальше внизу была сплошная облачность, а я, прикрыв иллюминатор от яркого света, задремал. На «интровертивном месте» хорошо спится, и в общем дальний-дальний перелёт оказался не таким уж и тяжёлым, как я думал. Когда же облака вновь расступились, я увидел гигантскую язву на теле Земли:

И каким-то образом даже догадался, что это Нерюнгри — второй по величине город Якутии (57 тыс. жителей) на самом юге этой грандиозной (размером с Индию!) республике, крупнейшего региона не только России, но и в принципе любой страны мира. С 1967 года здесь добывают уголь, в 1975 шахтёрский посёлок стал городом. Традиционно Нерюнгри относят к БАМу — боковая железнодорожная ветка сюда строилась в 1984 году вместе со всей таёжной магистралью. Теперь, однако, это целые ворота Якутии — с годами Нерюнгринская ветка разрослась в целую Амуро-Якутскую магистраль, заканчивающуюся в посёлке Нижний Бестях на Лене напротив Якутска. В 2019-м туда обещали запустить пассажирский поезд, пока же на севере движение есть лишь до Томмота:

С самолёта доминантой Нерюнгри кажется «Горняк» — не какой-нибудь дворец спорта, а крытый стадион! В Якутии, о морозах которой слагают легенды, это не понты, а необходимость.

Вокруг Нерюнгри лежит ещё несколько посёлков, самый заметный из которых — Серебряный Бор (4,6 тыс. жителей) с Нерюнгринской ГРЭС (1980-85). Она не очень мощная, на уровне московских электростанций, но и Якутия хоть с Индию размером по площади, а по населению меньше неё в 1500 раз.

От Нерюнгри тянется целый шлейф золотых приисков, уродующих Землю не лучше карьеров:

А это, кажется, в ряд стоит не рукотворные горки, а бугры пучения из вечной мерзлоты:

Но пространства Восточной Сибири слишком обширны для человека, и вскоре следы его деятельности заканчиваются. Под крылом — пустая, чистая, первозданная Земля:

Грандиозные обрывы вдоль рек, где даже туристы не каждый год бывают:

Вдруг начинаются горы:

Порой кажущие гольцы из «зелёного моря тайги»:

Это Становой хребет, одно из крупнейших нагорий восточной части России, и природная граница Сибири с Дальним Востоком. Ведь Сибирь — это азиатский бассейн Северного Ледовитого океана, а Дальний Восток — это азиатский бассейн Тихого океана. Якутия, хотя и входит в Дальневосточный Федеральный Округ — по сути дела вполне сибирский регион. Так вот, протянувшийся на 700 километров Становой хребет — это водораздел бассейнов Лены и Амура. И на северном склоне его — лишь бурые медведи, а на южном по крайней мере раньше водились тигры. Из людей прежде жили здесь только эвенки, быт которых неплохо показан в советском приключенческом фильме «Злой дух Ямбуя». Тут и сейчас кроме них мало кто живёт. Но ещё в январе 1650 году Ерофей Палыч Хабаров нашёл здесь волок, позволяющий спуститься на Амур — так русские появились у ворот Поднебесной. Что за горы проплывают под крылом и какова их высота, я не знаю, но вот это, быть может, Скалистый Голец (2412м), высшая точка хребта?

Река впадает прямо в облако. И этот величественный пейзаж размеренно тянется часами…

А потом гармонию, как помехи музыку, вдруг нарушает очередная язва Земли:

Скорее всего, это Эльга — крупнейшее в России месторождение коксующихся углей в юго-восточном углу Якутии. Великие стройки в тайге — тема нынче не медийная, но они есть, и Эльга — почти целиком постсоветский проект. В 2008-12 годах на средства компании «Мечел» сюда протянули через вечную мерзлоту, безлюдную тайгу, реки и горы железную дорогу длиной 321 километр от БАМовской станции Улак, начатую в 2000-2002 ещё государством. И вот за те 8 лет здесь успели выкопать разрез глубиной в несколько сотен метров — даже на викимапии Эльга выглядит совсем иначе:

Посёлок Эльга ещё не полностью введён в эксплуатацию, и на фоне разреза совсем не заметен

Дальше вновь сгустились облака, в прогалину которых я лишь раз увидел далёкое водное пространство. Может быть, заливы Охотского моря у красивых и безлюдных Шантарских островов:

А потом под крылом показалась третья за несколько часов полёта великая река — Амур:

К которому прилагается Космосольск-на-Амуре, советский индустриальный гигант, 3-й по величине город Дальнего Востока. Месяц спустя мне предстояло увидеть его из окна поезда:

Амур хоть и в полтора раза меньше Енисея (но в полтора раза крупнее Волги), однако его низовья в России обжиты лучше верховий. А стало быть жители крупных городов видят Амур таким, каким Енисей видят лишь жители таёжных селений. Мутная красноватая вода напоминает, что большую часть своей протяжённости Амур служит границей с перенаселённым индустриальным Китаем, и из Китая приходит его крупнейший приток Сунгари. А мощь течения видна даже с 10-километровой высоты:

За Амуром начинается Сихотэ-Алинь — хотя самая красивая его часть находится в Приморье, более обширная и высокая — всё же в Хабаровском крае. По горным глубинкам Южного Сихотэ-Алиня мы ещё проедем немало сотен километров, когда лесистые склоны раскрасит феерия дальневосточной осени.

Но — в Приморье, а здесь и дорог-то нет:

Впереди показалось море. Это Татарский пролив, официально относящийся к Японскому морю, а по ощущениям он скорее сам по себе. Стена облаков на горизонте отмечает Сахалин:

А причудливый рисунок бухт — это Ванино и Советская Гавань, странная агломерация портовых городов и посёлков без явного центра. Ванино виднеется на севере, и туда через месяц нам предстояло прибыть паромом с Сахалина. СовГавань — на юге, и до неё доехать я так и не успел.

Равно как и в Заветы Ильича — пожалуй, самый интересный из здешних посёлков, бывший военный порт, где россыпь памятников на набережной отмечает всю морскую историю этих берегов в последние полтора столетия.

Дальше всех вдаётся в море мыс Красных Партизан с белым маяком на скалах:

Но только материк остался позади — как впереди выступила из облаков длинная спина Сахалина. Или скорее бок — на карте крупнейший российский остров потрясающе похож на рыбу. На заднем плане виднеется её «спиной плавник» — длинный мыс Терпения в Охотском море. Да, именно «тот самый», если вы из АВПшного круга. Зажатый между холодным морем и холодным заливом, по климату мыс Терпения — полноценный Крайний Север с торосами и заносами зимой и похожим на позднюю осень летом. Острые вершины ближе — это вулканический хребет Жданко (у японцев и айнов — Тоссо), одно из красивейших мест Сахалина, которое мне не довелось увидеть ближе.

Томари, которые при ближайшем рассмотрении окажутся маленьким уютным городком с обилием японского наследия:

Отмеченное изумрудными полями и крутыми обрывами Новосёлово, редкий на Сахалине оплот фермеров. И я ещё не знал, что здесь мы не проедем автостопом, застрянем почти на сутки, переночуем в палатке у моря и уедем на такси.

Умирающий шахтёрский Чехов, бывшая Нода, вытянутая вилкой по двум долинам — одно из мрачнейших мест Сахалина:

Ещё чуть-чуть — и я бы увидел Холмск, сахалинский город №2, похожий на маленький Мурманск. Но над хвостом рыбины висели облака, а самолёт повернул вглубь острова.

В прогалинах — зелёные горы с грунтовками, густая сеть которых осталась тут от Японии:

А когда самолёт опустился ниже облаков, я увидел только воду и суда:

Это Анива, мелкий и грязный залив между двух «хвостовых плавников» Сахалина, раскрывающийся в сторону Хоккайдо:

По другому борту я бы увидел Корсаков — ныне главный грузовой порт Сахалина, откуда вывозится сжиженный газ. Но я увидел лишь бухту Лососей в конце залива:

Сахалинский пейзаж знаком по фильмам про Годзиллу и аниме:

И даже торфяные поля воображение невольно превращает в рисовники:

Но это русская земля:

И самолёт вот-вот её коснётся:

Аэропорт Хомутово лежит к югу от Южно-Сахалинска, поэтому над городом полетать не случилось. Это 50/50 — по узкой долине самолёты заходят с обеих сторон в зависимости от направления ветра. Впрочем, вон на тех сопках правее собора есть горнолыжная база Горный Воздух, с который открываются вполне «самолётные» виды на город:

Экзотические самолёты с кадра выше — Ан-72, строившиеся в Киеве в 1980-е годы. Они принадлежат базирующемуся здесь авиаотряду пограничных войск. С другой стороны — маленький старый терминал и стройка нового терминала, с первого взгляда впечатлившая меня обилием непривычной москвичу японской стройтехники.

В старом терминале меня уже ждала Оля — она доехала автостопом от Москвы до Хабаровска, а оттуда за 4000 рублей (мой билет стоил 13 000) «перепрыгнула» на Сахалин, приземлившись здесь почти одновременно со мной. У выезда из аэропорта на шоссе, соединяющее Южно-Сахалинск с Корсаковом — «рыбья» схема Сахалина и Ан-24 на постаменте.

Вот мы и на Дальнем Востоке… В следующей части покажу два села в разных концах Сахалина, куда дорога завела нас случайно — северное Хоэ и южное Новосёлово.

Автор VARANDEJ

Источник: fishki.net



Логотип Labuda.blog
Авторизоваться с помощью: 
Яндекс.Метрика