Игроки в нелегальные криптовалюты торопятся легализоваться?


Игроки в нелегальные криптовалюты торопятся легализоваться?

В прошлом году участники рынка криптовалют подталкивали Госдуму к скорейшему принятию законопроекта о цифровых финансовых активах, мол, чтобы с началом 2021 года он уже вступил в силу. Но почему именно с началом 2021 года, остается только догадываться. Именно в начале этого года на пост президента США заступил Байден, а в Россию решил вернуться блогер Навальный. По стране пронеслась волна митингов. Не секрет, что штаб оппозиционера принимал пожертвования в криптовалюте — биткоинах. Революция требует жертв, в том числе финансовых. Еще в июле прошлого года издание РБК сообщало, что начиная с 2016 года — за 4 года — штаб собрал более 3,3 млн долларов по курсу криптовалюты на момент ее поступления на электронный кошелек, указанного на официальном сайте «штабов Навального». На момент же публикации — в июле 2020 года — на кошельке организации, как сообщалось изданием, оставалось чуть более 0,14 BTC или около $1300. Остальные монеты выведены на другие адреса или обналичены. Всего был осуществлен 3241 перевод. Где и кем обналичены? В России до начала 2021 года априори не существовало законов, регулирующих оборот криптовалют. До этого лишь было известно, что транснациональные цифровые гиганты создают свои собственные криптовалюты для расчетов в своих же собственных экосистемах, способных противопоставить себя целым государствам. Например, американский Фейсбук — информационная платформа, создающая по собственному образу и подобию, как уже ни для кого не секрет, погоду «в доме», создает и свою криптовалюту. Спрашивается, зачем информационной платформе нужна своя валюта? А вот нужна. Обретая всё большую могущественность, вытесняя традиционный бизнес, ставя его в неконкурентные условия и порождая безработицу, такие корпорации сначала, как казалось бы, медленно, а после пандемии — быстро и уверенно — стали наращивать свою мощь. Создавать эдакие государства в государствах, конечно, преследуя далеко идущую цель — заменить собою государства.

Россия, впрочем, как и ряд других государств, в том числе Европа, решили идти в ногу со временем, не отставать от технического прогресса, но и не позволять цифровым гигантам задушить свою реальную экономику. Правда, методы немного разные. Владимир Путин во время пресс-подхода журналистов после прямой линии говорил, что для борьбы с информационной зависимостью на иностранных технологических платформах требуются не столько запретные меры, сколько создание и развитие собственных платформ. То есть говоря о необходимости демократичных мер. А Европейский союз, например, разработал Закон о цифровых услугах (DSA) и Закон о цифровых рынках: обеспечение справедливых и открытых цифровых рынков (DMA), под действие которых попали все компании, оказывающие посреднические услуги, предлагающие сетевую инфраструктуру: провайдеры доступа в интернет, регистраторы доменных имен, услуги хостинга (облачные и веб-хостинговые), влючая онлайн-платформы, объединяющие продавцов и потребителей, такие как онлайн-рынки, магазины приложений, платформы совместной экономики и платформы социальных сетей и, как говорится в законе, очень крупные онлайн-платформы, создающие особые риски в распространении нелегального контента и наносящие ущерб обществу. Последним уделено особое внимание. В частности, им нельзя использовать недобросовестную практику по отношению к бизнес-пользователям и клиентам, зависящим от этих платформ. Таким образом, европейские государства «вцепились мертвой хваткой» и будут контролировать поведение всех цифровых компаний. В то же время страны озадачились предложением собственных цифровых денег, выпуск и обращение которых, в отличие от криптовалют коммерческих компаний, будет под госзащитой. В России, как известно, с начала года вступил в силу долгожданный участниками рынка криптовалют закон, регулирующий цифровые финансовые активы (ЦФА) и цифровую валюту, где под первыми — ЦФА — понимаются криптовалюты частных компаний, а под цифровой валютой — цифровой рубль как третья форма расчета, возможная в том числе в режиме офлайн — в отсутствие интернет-связи. Но каково же теперь удивление участников рынка, когда они поняли, что криптовалюты, выпускаемые за рубежом, тот же, например, биткойн, остался вне закона. Как, впрочем, вне закона остаются майнеры биткойна в России. Да… теперь спонсорам «штабов Навального» будет непросто, особенно если спонсоры окажутся с российскими корнями. Это к слову.

Издание «Коммерсант» пишет, что закон, регулирующий с начала года рынок ЦФА, то есть криптовалют, пока ориентирован на крупных игроков, которые смогут привлекать финансирование через выпуск токенов под пристальным надзором ЦБ. Что плохого в пристальном надзоре ЦБ по отношению к выпуску и обращению криптовалют, не понятно. Ведь ни для кого не секрет, что эмитентами таких активов являются коммерческие компании, и раз уж «взялся за гуж, не говори, что не дюж», в случае чего отвечай за последствия, в том числе выполняй обязательства перед своими клиентами, вложившими свои деньги в твои криптовалюты. Как и не секрет, что криптовалюта, во всяком случае до сей поры, была верным спутником сомнительных операций, например, отмывания незаконных доходов. Издание поясняет, что исходно закон был призван регулировать все финансовые инструменты, основанные на технологии блокчейн. Но в процессе обсуждения и принятия из закона почти полностью исчезло регулирование цифровых валют, в том числе выпущенных не в России — биткойна, эфира и т. п. Поэтому также «остается открытым волнующий многих вопрос регулирования цифровой валюты, в том числе ее производства (майнинга). Власти настроены на жесткие ограничения, участники рынка предупреждают, что в отсутствие легализации это может привести к финансовым потерям бюджета». Звучит, как угроза. Правда, каким образом российские законодатели как и регулятор российского финансового рынка должны подчинить своему собственному регулированию зарубежные криптовалюты, имеющие различный правовой статус и правовой режим в других странах, участники российского рынка не пояснили.

Тем временем сообщается, что сейчас в ЦБ в рамках действующего на сегодняшний день законодательства уже рассматриваются три ходатайства о включении сведений в реестр операторов информационных систем и два ходатайства о включении сведений в реестр операторов обмена ЦФА. Самыми известными претендентами на выпуск ЦФА остаются ГМК «Норильский никель» (Норникель) и Сбербанк, подавшие заявки регулятору. Норникель организует площадку «Атомайз», которая может реализовать выпуск токенов уже через месяц после попадания в реестр ЦБ. Компания уже испытала технологию выпуска токенов в другой юрисдикции, используя свой фонд — Global Palladium Fund. По словам управляющего директора фонда Александра Стоянова, во второй половине января фонд выпустил первые в мире токены на металлы. Их два типа — индустриальные (для производителей, обеспечением выступают медь и палладий) и инвестиционные (золото, палладий, серебро и платина). Все токены обеспечены физическим металлом, который хранится в Лондоне и Цюрихе в хранилищах ICBC Standard Bank и Brinks. На каждый инвестиционный токен сформирован свой вид пая, все паи прошли листинг на London Stock Exchange и Deutsche Boerse. В первом полугодии будут выпущены инвестиционные токены на никель и медь. По словам Александра Стоянова, до конца года фонд рассчитывает получить листинг на биржах в Италии и в Швейцарии. Возникает впечатление, что с помощью своей криптовалюты, обеспечением которой будет выступать золото, палладий, серебро, платина и прочие металлы,

Норникель сможет составить конкуренцию самому регулятору рынка, то есть государству. Ну, а говорить о каких-то других частных коммерческих эмитентах криптовалют вовсе не приходится. Что может сравниться с золотом и платиной? Нефть, в общем — ресурсы? Интересно, дойдет ли дело до ресурсов? Хотя и золото с прочими другими металлами, добываемыми Норникелем, тоже ведь ресурсы России. Но это тоже… так, к слову, размышления, не более. Так как каждая компания, решившая и способная, конечно, в соответствии с законодательством России выпускать собственную криптовалюту, будет определять, что именно может являться ее обеспечением. Просто фантики никому не интересны. А непростыми фантиками владеют не все. Далеко не все. Как известно, богатство всего мира сосредоточено в руках 1% мирян.

Да и сама схема выпуска фондом своей криптовалюты напоминает сегодняшние схемы работы российских компаний в офшорах. Но только если традиционные оффшорные схемы уже отработаны и между странами существуют договоренности по взаимодействию и в сфере борьбы с легализацией и отмыванием незаконных доходов, и в вопросах налогообложения, то в отношении компаний, входящих в реестр ЦБ, но выпускающих криптовалюты, в том числе в других странах и хранящих обеспечение в данном случае — драгоценные металлы — в Лондоне и Швейцарии, каким образом будет происходить само по себе регулирование и взаимодействие между странами? Тут разве что впору вспомнить про одно из недавних предложений МВФ — о создании некой глобальной полиции, призванной бороться с возрастающими киберугрозами, о чем мы писали в середине декабря прошлого года. Правда, в своей статье «Киберриск — новая угроза финансовой стабильности», размещенной на портале Международного валютного фонда (МВФ), авторы Найджел Дженкинсон и Дженнифер Эллиотт рассматривали киберугрозы в отношении банков и, следовательно, угрозы для финансовой стабильности государств. Но ведь и криптовалютчики привлекают инвестиции (деньги) в цифровом пространстве, да еще и претендуют на возможность обмена своей криптовалюты на фиатные деньги.

Так, например, по словам сооснователя одной из международных инвестиционных компаний, запрет использования криптовалюты как средства платежа создает угрозу для майнинга. Эксперт подчеркнул изданию «Коммерсант», что если даже формально майнинг разрешат, но майнер не сможет получать награду в криптовалюте, это сделает процесс бессмысленным: майнить придется на иностранную биржу, где цифровую валюту будут конвертировать в фиатную, оставляя комиссию за это в другой стране, что уведет майнинг за рубеж, тогда как, полностью легализовав индустрию, Россия могла бы получать налоги. В общем, четкого понимания, для чего нужны криптовалюты, как их регулировать и чем всё это закончится для государств, нет. Есть интересанты с их порывом как можно больше заработать. Если цены на продукты питания взлетели в России на фоне желаний экспортеров выгодней продать товар, то даже сложно представить себе, какими последствиями для внутреннего рынка может обернуться популярность криптовалюты той или иной компании. Есть мнения, что ВВП страны за счет развития цифровых активов может значительно подрасти. Но за счет каких активов, и каким будет этот рост: номинальным, когда деньги делают деньги, но на доходах граждан это никак не сказывается, или — реальным?

Источник: iarex.ru



Логотип Labuda.blog
Авторизоваться с помощью: 
Яндекс.Метрика