И прибыль банкам не помогла? Профицит ликвидности сменился дефицитом


И прибыль банкам не помогла? Профицит ликвидности сменился дефицитом

Прибыль банковского сектора, как следует из информационно-аналитического отчета ЦБ «О развитии банковского сектора страны за декабрь 2020 года», за отчетный месяц составила 159 млрд руб. (на 7% лучше результата за ноябрь). Однако в декабре у отдельных банков были крупные разовые доходы, завысившие результат сектора. За весь год банки заработали 1,6 трлн рублей, что для кризисного пандемийного года является рекордом. Более того, рекорд и по сравнению с показателями 2019 года, несмотря на то, что показатель 2020-го оказался немногим ниже — всего на 0,1 трлн рублей прибыли сектора за 2019 год. Так как чистая прибыль, отраженная сектором в 2019 году, размером 1,7 трлн рублей носила технический характер, в том числе, как указывалось в аналогичном отчете ЦБ за 2019 год, по причине применяемых корректировок, связанных с внедрением нового стандарта учета кредитного риска МСФО-9 в отчете о прибылях и убытках, а также за счет результатов банков под управлением ООО «УК ФКБС», где были возможны крупные разовые досоздания резервов по старым проблемным активам. За вычетом этого технического фактора прибыль сектора в 2019 году составила на самом деле 1,3 трлн рублей, что оказалось ниже результатов 2018 года на 11%, когда прибыль сектора составила 1,5 трлн рублей. Но это не помешало банковскому сектору нарастить объем начисленных дивидендов относительно 2018 г. — 540 и 464 млрд руб. соответственно. Основной объем, как сообщалось тогда в отчете регулятора финрынка, по-прежнему приходился на банки с госучастием (409 и 365 млрд руб.). Оставшаяся в распоряжении банков прибыль как составная часть регулятивного капитала (около 0,5 трлн руб.) необходима для расширения бизнеса, прежде всего кредитования экономики, и покрытия непредвиденных потерь.

Напомним, в разгар пандемии — в апреле прошлого года — Банк России советовал кредитным организациям назначить годовые собрания акционеров на конец лета — начало осени, чтобы они смогли лучше оценить, стоит ли сейчас направлять прибыль на дивиденды, а не в капитал. Рекомендация регулятора была продиктована наличием обоснованных предпосылок для необъективной оценки последствий пандемии, в частности — какой эффект коронавирус окажет на глобальную экономику и как это скажется на финансовом положении заемщиков и кредиторов. Тогда как перенос сроков собраний акционеров даст банкам больше времени «для оценки объективных возможностей по выплате дивидендов за 2019 год». Принимать решение о распределении прибыли или выплате дивидендов ЦБ рекомендовал банкам «только при условии достаточного запаса капитала, исходя из необходимости полноценного продолжения своей деятельности не только на ближайшую, но и на среднесрочную перспективу». Кроме того, власти передвинули окончание срока проведения годовых общих собраний в 2020 году с 30 июня на 30 сентября — соответствующий закон вступил в силу 7 апреля. Он коснулся не только банков, но и всех компаний. Однако, как сообщал РБК, уже на тот момент, например, «Тинькофф Банк» выплатил дивиденды за четвертый квартал 2019 года, сообщив, что по дальнейшим выплатам решение пока не принималось, но по ним эти рекомендации, конечно, будут учитывать, а в пресс-службе «ЮниКредита» напомнили, что банк перечислил чистую прибыль за 2019 год на счет нераспределенной прибыли предшествующих лет, решение же о выплате дивидендов итальянский акционер банка примет до конца 2020 года.

В отчете ЦБ РФ за декабрь 2020 года сообщается, что доля прибыльных активов банков по итогам года составила 98%, что сопоставимо с 2019 годом. Однако медианное сокращение составило около 30% в основном из-за резервов, что более точно отражает последствия пандемии. При этом балансовый капитал сектора в декабре вырос на 141 млрд руб., до 10,7 трлн рублей, что немного меньше заработанной прибыли из-за выплаты дивидендов (41 млрд руб.) и признания убытка от продажи ценных бумаг (17 млрд руб.), что было частично компенсировано докапита­лизацией ряда кредитных организаций на 47 млрд рублей. Показатель достаточности базового капитала при этом увеличился на 0,30 п. п., до 8,78%, за счет включения в базовый капитал прибыли прошлых лет в результате завершения аудиторских проверок, а основного капитала — на 0,59 п. п., до 9,76%. Причем рост последнего обеспечило в том числе включение крупнейшим банком полученного ранее субординированного кредита на сумму 150 млрд руб. в состав источников добавочного капитала после внесения изменений в кредитный договор.

Очевидно, речь идет о Сбербанке. В июле 2020 года агентство Reuters со ссылкой на три источника сообщало, что Минфин и Центробанк РФ договорились об условиях, на которых может быть списан «суборд» Сбербанка на 150 млрд рублей. Сбербанк получил 10-летние субординированные кредиты от ЦБ РФ на 500 млрд руб. в 2008 году. В мае 2010 года банк вернул 200 млрд руб. из этой суммы, но во время украинского кризиса в 2014 году взял их обратно в капитал. Сбербанк пролонгировал полученный кредит на 50 лет с дальнейшим правом на продление и учел в капитале второго уровня. Днем спустя после появления данного сообщения агентство ТАСС со ссылкой на пресс-службу Сбербанка обнародовало данные о том, что кредитная организация продолжит обслуживать субординированный кредит в размере 150 млрд рублей, его списание не рассматривается, также подчеркнув, что в рамках смены акционеров Сбербанка Минфину было представлено право сохранить субординированный кредит в размере 150 млрд рублей в основном капитале Сбербанка. До смены акционеров данный кредит также учитывался в основном капитале банка. Как указали в пресс-службе, банк обслуживает кредит по рыночным ставкам и продолжит начислять и уплачивать проценты без изменений, пояснив, что, согласно требованиям Базельских стандартов, для учета субординированного кредита в капитале договор должен включать возможность списания кредита при наступлении кризисных событий, вероятность которых крайне низка. Кроме того, подчеркнув, что включение данных положений в договор никак не влияет на текущее обслуживание кредита и списание кредита не рассматривается ни в каких стресс-сценариях.

Что касается ликвидности банковского сектора, то, несмотря на рекордную прибыль, полученную банковским сектором в кризисный пандемийный год, профицит стал «таять» на глазах начиная с середины декабря, когда, по данным ЦБ, величина структурного профицита ликвидности сократилась на 0,1 трлн руб., до 0,2 трлн рублей. Основным фактором снижения стал отток средств из банков, обернувшийся для рынка приростом объема наличных денег в обращении — до 0,5 трлн руб. после нулевого роста в ноябре. Эта динамика характерна для данного времени года, то есть обусловлена сезонным фактором. При этом депозиты в ЦБ РФ уменьшились на 0,4 трлн рублей, но это снижение было компенсировано погашением кредитов (репо) от Банка России (-0,4 трлн руб., или 9,5%). Остаток задолженности банков по операциям репо с Банком России на конец года составил почти 1 трлн руб. (1% всех обязательств).

В то же время общий объем рублевых ликвидных активов банковского сектора (денежные средства, требования к Банку России и незаложенное рыночное обеспечение) в декабре вырос на 0,3 трлн руб., до 15,3 трлн рублей, что на треть покрывает совокупный объем средств клиентов в рублях. Рост произошел главным образом за счет высвобождения ОФЗ, заложенных ранее по операциям репо. В дополнение к ликвидным активам (15,3 трлн руб.) банки могут привлечь средства у Банка России под залог нерыночных активов (например, высококачественных кредитов). На последний день календаря 2020 года объем таких активов, находящихся в составе «мягкого залога», составил 4,9 трлн рублей. А вот объем ликвидных активов кредитных организаций в иностранной валюте сократился до 46,7 млрд с 53,9 млрд долл. США (главным образом за счет снижения остатков на корсчетах в банках-нерезидентах), отражая скорее возвращение к нормальному уровню после резкого прироста в ноябре. При этом регулятор отмечает, что общего объема валютной ликвидности достаточно для покрытия около 29% валютных средств корпоративных клиентов, или 15% всех валютных обязательств, что является комфортным уровнем.

Однако данные ЦБ РФ на 27 января этого года вызвали взрыв эмоций у экспертов, когда структурный профицит дорос до дефицита, устойчиво с каждым днем наращиваясь с 14 января, составив в итоге 1 037,1 млрд рублей, то есть чуть более 1 триллиона. Эксперты, опрошенные РБК, предположили, что сыграл технический фактор, мол, в конце каждого месяца российские банки должны сформировать резервы на отчетную дату, а это влияет на то, сколько средств они держат на корсчетах в ЦБ, но все-таки ситуация выглядит аномальной. Кроме того, высказывается мнение, что роль в образовании дефицита ликвидности банковского сектора мог сыграть Минфин, изымающий бюджетные деньги с депозитов банков: на 31 декабря их объем был на уровне 1,65 трлн рублей, а на 26 января — уже 450 млрд рублей. Подогревает ситуацию и спрос на наличность: в январе наличные, которые активно изымались населением и бизнесом в декабре, постепенно возвращаются в систему, но происходит это намного медленнее, чем ожидалось.

Надо сказать, что ситуация действительно выглядит аномальной, но вполне предсказуемой. О ее предпосылках мы сообщали еще осенью минувшего года, когда наметились признаки снижения профицита ликвидности, правда, тогда агентство «Эксперт РА» в своем исследовании «Индекса здоровья банковского сектора на 1 октября» заявляло о том, что эти признаки носят технический характер, во всяком случае, с оговоркой, что «пока».

Между тем паниковать всё-таки преждевременно. Рано или поздно Минфин всё равно бы стал снимать деньги с депозитов банков, они были размещены на них временно. Но снятие их в январе в то же время «отрезвит» банковский сектор, получивший по итогам 2020 года рекордную прибыль, что, возможно подвигнет кредитные организации задуматься не о дивидендах, а о докапитализации, если такая потребность существует. Да и, возможно, кому-то предстоит еще работа с резервами, всё-таки до часа «X» — до 1 июля (напомним, ЦБ РФ разрешил банкам сформировать резервы по реструктурированным в 2020 году кредитам до 1 июля этого года) — еще есть время. Более того, в декабрьском отчете регулятора за 2020 год сообщалось, что внедрение в 2021 г. нового стандартизированного подхода в отношении необеспеченных потребительских кредитов может высвободить дополнительный капитал. При этом в целом банковский сектор обладает значительным запасом капитала: 5,7 трлн рублей (это 10% объема кредитного портфеля, заметим, за вычетом резервов, без учета требований по сделкам обратно­го репо), при котором сохраняется соблюдение нормативов, но не надбавок. Правда, при этом запас капитала распределен среди банков неравномерно. Вот и займутся некоторые из них своим капиталом. Возможно, также повысятся и ставки по депозитам. Настораживающим фактором, пожалуй, является возможность уже вполне легального появления криптовалюты, но доверие к таким квазиденьгам еще не настолько высоко, да и их обращение регулируется законом.

Источник: iarex.ru



Логотип Labuda.blog
Авторизоваться с помощью: 
Яндекс.Метрика