Ее светящаяся грудь бросала вызов конвенции


Ее светящаяся грудь бросала вызов конвенции

«Разоблаченная красота» — автопортрет Сары Гудридж (1788 — 1852). Потомки госсекретаря США Дэниэла Уэбстера говорят, что Гудридж нарисовала его для него.

Почему неизвестно.

Но мы можем догадываться.

Вообще, этот госсекретарь Уэбстер часто становился предметом слухов в Вашингтоне из-за его распущенности и предполагаемого убийства (а это слухи – он упал с лошади), многие подозревали, что художница Сара Гудридж, с которой у него были близкие отношения, была его любовницей. Автопортрет говорит «за».

Ее светящаяся грудь бросала вызов конвенции

Гудридж вряд ли могла развеять такие сплетни, отправив Вебстер картину с ее обнаженной грудью. Миниатюра, написанная акварельными красками на кусочке слоновой кости, завернута в кроваво-красный кожаный футляр и застегивается на две застежки. Вебстер мог любоваться ею тайком. Как и сама Гудридж, картина была чувственной.

Ее светящаяся грудь бросала вызов конвенции

Для большего мира груди были бесхозными. Но для ее клиента (она много писала портретов Вебстера) это был символ близости, да?

Для пуританской Америки XIX века это был верх женской смелости. Однако Даниэль не впечатлился и женился на 30-летней девушке из богатой и влиятельной бостонской семьи.

Даниэль Уэбстер считался мужчиной-огнём! Современники называли его «богоподобный Дэн» за красоту и удачливость.

Ее светящаяся грудь бросала вызов конвенции

Они продолжили дружить и переписываться. Причем, письма Даниэля Сара бережно сохраняла, а ее письма Даниэль тщательно и методично уничтожал.

Ее светящаяся грудь бросала вызов конвенции

Когда он умер, картину нашли родственники среди вещей. Уничтожить такую красоту, видимо, не поднялась рука.

Если сравнить разные скрытые плоские пик-шоу с «Раскрытой красотой» Сары Гудридж, в которой она придает своей груди, обрамленной мягкой девственной белой тканью, сияние и тепло, то становится понятно – где мастерство и талант.

Когда все раскрылось, современники только зауважали художницу, ей тогда было 64 года.

Джон Апдайк (которого я очень люблю) размышляет о значении этой картины в своем эссе 1993 года «Раскрытые и скрытые», вербализируя сообщение груди: «Мы ваши, во всей нашей красоте цвета слоновой кости, с нашими нежно пунктирными сосками».

Ее светящаяся грудь бросала вызов конвенции

Ну и пару слов как ответ на многочисленные комментарии: «Зачем вообще миниатюра»?

Она написана чаще всего для медальона. Или для маленькой шкатулки. Это были семейные воспоминания или любимые люди. Это было личное.

Они помещались в карманы, и владелец мог созерцать портрет часами и втайне и мог с ним не расставаться.

Конечно, поколениям селфи и смартфонов их значение трудно понять 😊.

Автор: Татьяна Андрющенко

Источник: tanjand.livejournal.com



Логотип Labuda.blog
Авторизоваться с помощью: 
Яндекс.Метрика