Генерал Трошев — репетиция гибели боевого генерала


Генерал Трошев — репетиция гибели боевого генерала

ГЕНЕРАЛ ТРОШЕВ – «НИЧЕГО СТРАШНОГО, ЧЕЛОВЕК ОДИН РАЗ УМИРАЕТ».

ОДНАЖДЫ МЫ С ГЕННАДИЕМ НИКОЛАЕВИЧЕМ ЕДВА НЕ ПОПАЛИ В АВИАКАТАСТРОФУ, СПАСЛО ЧУДО.

А позже, в сентябре 2008, Геннадий Трошев погиб в реальной авиакатастрофе. Кто-то говорил — террористы захватили самолет, по другой версии — экипаж не справился с управлением, но… Его уже нет.

Генерал Геннадий Трошев был удивительным человеком. В нём уживались сердобольность и жёсткость, но никогда он не был жестоким. Он был умён, жил с ощущением своего высокого статуса, но никогда не улетал так высоко, чтоб не чувствовать окружающих солдат и простых офицеров.

Однажды, на выводе наших войск из Германии, Трошев остался в городке последним из уходящих военных. Он бегал по опустевшим офицерским квартирам своего служебного дома и выносил из кухонь оставшийся мусор, — не хотел, чтоб немцы нелестно отзывались вдогонку об ушедших русских. А он был тогда уже командиром дивизии, генералом.

Трошев прекрасно играл на гитаре и пел сильным голосом про любовь, про отца… У меня есть его записи, мы, как друзья, часто бывали в одной компании. Я помню, как летал во Владикавказ, к командующему 58-й армии генералу Трошеву на пятидесятилетие, причем, в самоволку к нему летали на этот День рождения молодые генералы Сергей Макаров и Владимир Шаманов.

И вот однажды мы вместе попали в неприятную ситуацию. Полетели на вертолёте в Горную группировку (Вторая компания, 2000 год). Встречал нас друг Геннадия Николаевича – генерал Владимир Булгаков. Трошев, увидев, что Булгаков легко одет, тут же снял с себя и подарил ему свою куртку. Потом мы спустились к обломкам вертолёта, которые недавно был сбит боевиками в Аргунском ущелье.

Трошев и Булгаков переговорили, и мы полетели. Стоял туман, и Булгаков уверенно пробасил: «Сейчас подниметесь вверх, пробьёте облака и нормально пройдёте»! Мы взлетели и не пробили облака. Вертолёт моментально стал покрываться льдом, сначала, как скорлупой, потом, как надолбами.

Борттехник всё время смотрел вперёд и вверх, на воздухозаборники, которые тоже обрастали льдом. Машина тяжелела, датчик давления тоже покрывался льдом, и мы теряли ориентиры в плотном тумане. По идее мы должны были влететь в гору и скатиться к обломкам уже находящегося на дне ущелья вертолёта.

Я служил в армейской авиации, и понимал: вот-вот и всё закончится. Я сидел рядом с Трошевым. Он устроился на откидной лавке и смотрел в блистер. Я спросил: «Что это»? Он посмотрел на меня немного раздражённо, как будто я разбудил его, и тихо, чтоб не слышали находящиеся в салоне ответил: «Ну ты же сам знаешь»…

Экипаж, если не ошибаюсь мужики были из Малино, или Ступино, короче, командированные из Подмосковья, — экипаж вытянул машину! Мы перевалили через горы и шли над равниной. Я радовался – пронесло! Мы начали быстро снижаться, и оказалось… Оказалось мы падали прямо в село Комсомольское, большей частью занятое духами, там как раз шёл бой.

В общем, я не знаю, как мы тогда спаслись. Это было чудо. А Геннадий Николаевич Трошев через несколько лет погиб. Я потерял старшего друга, но я был на репетиции гибели, я видел, как он совершенно спокойно вел себя в условиях крайней опасности.

Было это вот так:

Источник: e-news.su